14.1113.11

О флагеРОЖДЕСТВЕНКА

ГЛАВНАЯ ТРУДОВИЧОК МАСЛЯНИЦА МАСЛЯНИЦА СОЛОВКИ ОТСЕБЯТИНА ХОРОВОД ПОСИДЕЛКИ ГАЛЕРЕЯ КОНТАКТЫ

Отсебятина

Зарисовки и размышления Зарисовки и размышления

Рождественские
сборники:

2011 2010 2009 2006 2005 2004 2003 2001

Масляничные
сборники:

2002 2000 1999 1997


Дурслёт


Рождественский сборник-2009

Токари

Алёна Пятницкая

День отъезда как в тумане. Лучше не думать, куда и зачем еду. Просто билеты в кармане - решено.


Вот и Петрозаводск. Проводница кивает на заиндевевшие петли дверей тамбура: "Это значит на улице минус двадцать". Поёживаюсь.

На привокзальной площади берём такси, которое вывозит нас в снег и бросает под фонарём в какой-то деревушке, от света которого мы спешно удаляемся в темноту. Звёздищи чешут нам в затылке. Морозно и ноги сами несут куда-то. Чёрная-чёрная речка - это лёд без снега. Звезда упала... "Чтоб мы остались живы!" - кричит Веня. Душа съёживается от таких слов моего бывалого мужа. Останавливаемся в леске у дороги. Хорошие дрова, пельмени, уверенная насмешливость Дениски - жизнь продолжается!

Утро. Ещё темно, Денис запросто выходит из палатки и разводит костёр, пока мы нежимся и потягиваемся (Фу! Спальники не подкачали).

Живописная дорога, по которой везли Шокшинский кварцит, радует горками и пригорками. Она розовая то ли от свежего солнышка, то ли от того самого розового кварцита. "И лес стоит как бы хрустальный..." Это про наш! Вот оно царство снежной королевы!

А на подходе к Яшезеру из-под Денискина серебряного копытца стали вылетать такие самоцветы! В Подмосковье я таких не видывала!


2-ой день. "За семью лесами, за семью горами..." - поняла на своей шкуре смысл этих знакомых с детства строк. По зимнему болоту идти было легко и вкусно, пузатая, красная клюква сладко кислила во рту, обворожительный лёгкий туманец кружил голову, но когда пошли эти ГРИВЫ, поросшие мелким частым кустарником! Их было штук 5 и через них мы шли уже без лыж.

Ивинский разлив. После сплошного мельканья и хватанья кустов глазу и телу есть где разгуляться. Но сначала мы зашли к бабе Нине. В 90-каком-то году она с хозяином переехала сюда из Петербурга и стала базой местных рыбаков. Кроме её дома с хозяйством, другого дома, приспособленного под приют для рыбаков, полуразрушенной церкви и недействующей радиовышки на островке этом ничего нет. За продуктами ездят на лодке или по льду. Отобедав в полуостывшей комнатке дома-приюта уходим дальше по разливу. Лёд гулко бухает где-то внизу то справа, то слева. Как на замедленной дискотеке тяжёлый ударник.

На наше счастье Денис находит рыбацкий сарайчик с печкой-буржуйкой. Протопивши и отогревшись Дионисий вальяжно ложится на полати и возглашает: "Всё, остаюсь!"

Мы просушиваем наши замёрзшие спальники, в которых (О, ужас!) хрустят корочки льда.


3-ий день. Незабываемый зимний рассвет на берегу снежного озера. Стройная гряда поседевших деревьев светлеет и розовеет, выступая из ночной темноты навстречу солнцу. И мы отправляемся в путь!

Эх, раздолье! Одно слово: Ивинский разлив, иди куда хочешь - хоть на все четыре стороны сразу! Алый глаз солнца висит над белой пустыней, что там у края её? Потихоньку обрастаем признаками внешней человеческой жизни: уже долго слышится тарахтение мотора, но никого не видно. Мы идём краем разлива, потому часто встречаются мелкие островки с причудливыми снежными червячками и гирляндами из кустарника и травы. Сказка! И жара! Впервые снимаю тёплую куртку и надеваю лёгкую. Да что там говорить, Денис впервые в жизни (!) ходил на лыжах в свитере!!!

К вечеру набрели на ещё один рыбацкий сарай - около стоял тамошний вездеход, колёса его сделаны из надутых камер от больших шин. Старые лодки и многочисленные лунки в толстенном льду тоже говорили о присутствии человека, но самого так и не встретили. Потому долго искали дорогу. Стали мёрзнуть ноги: видимо, солнце нагрело ботинки и они набрали лишней влаги.

Но вот наконец стало ясно, что эта разбитая колея и есть наша дорога. Скоро дорога распрямляется, лес расступается и впереди видно оранжевое свечение от какого-то поселения. Цивилизация, блин! Прощай, сказочная страна вепсов! Дорога становится совсем гладкой - это постарались финны, местные владельцы завода по переработке древесины. Они чистят и сглаживают дорогу "гусицей", связанной треугольником с бревном посередине тракторной цепью.

И, как и положено, Рождественская ночёвка с 6 на 7 января в 200 м от дороги. Как-то откушали, побалякали и пошли спать.

Последний день похода кончился очень быстро. Вене сообщили, что Афоня заболел, и мне было уже не до красот. Падьозеро с часовней на берегу, церковь у дороги, село с телефонной будкой, но без магазина и людей. И широкая такая, белая дорога от села. Неожиданно Денис говорит, что до электрички 40 минут. Бежим, подумаешь, 6-7 км!

Вот, наконец, и провода, вот домики, где же платформа? Вдалеке стоит Денис, который успевал на поезд, рядом Веня, который его видел, а что теперь делать мне, опоздавшей?

Оказалось, что Денис не только ради нашего посрамления и назидания там стоял. Когда мы подошли, откуда не возьмись взявшиеся два местных мужичка открывали калитку и приглашали погреться. Пришлось согласиться.

Дальше было 4 часа разговоров и чтобы описать всё в точности моего таланту маловато. Впрочем, как умею, расскажу.

Поначалу, как водится, самый прыткий из нас побежал за красненькой. "А это отец ваш?" - спросили хозяева в отсутствие Дионисия. "Да, да", - заулыбались мы в ответ.

- Счас печку растопим, а то подостыла. Вы вещи-то свои посушите.

А в избушке-то у них так тёмно, печка совсем не такая белая, как в кино, скорее даже чёрная, особенно вокруг отверстия, где чайник подогревался. Комнаток 3: одна - кухня, где мы сидим за столиком у окошка на которое смотрит чёрным ртом-заподом печка, одна, такая же махонькая - за печкой и одна большая - спальня через стенку.

Приходит Денис и начинаются долгие рассказы про токариное житьё-бытьё при свете треснувшего стёклышка керосиновой лампы. До войны в Токарях был филиал швейной фабрики из Питера. Можно было запросто слетать на рыбалку в Пудож на самолёте. Дорога железная рядом - чего ещё желать? Жизнь била ключом. А сегодня даже электричества нет. Лес - единственный кормилец. Сами хозяева - трелёвщики, довольно опасная работа. А брат одного из них сторожит дрова в лесу. Да ещё куниц ловят капканами. Полторы тыщи куница, а за сезон всего-то 5 штук и наловишь - бежит зверь, шума не любит. А лес рубить не тихое дело.

Вот так и коротали мы время в гостях у токарей. Много чего не упомнила. А уж как на поезд они нас провожали! Долго витала их тень около нас вечным вопросом: Как же всё-таки спасти Россию?



о символике флага...