25.0925.0930.0930.09

О флагеРОЖДЕСТВЕНКА

ГЛАВНАЯ ТРУДОВИЧОК МАСЛЯНИЦА МАСЛЯНИЦА СОЛОВКИ ОТСЕБЯТИНА ХОРОВОД ПОСИДЕЛКИ ГАЛЕРЕЯ КОНТАКТЫ
Рождественка на Соловках. 25 соловецких лет! Есть, что вспомнить!! Есть, чем поделиться!!!

Соловки

Тома И. Соловецкая символика Рождественки

Рождественка соловецкая
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2008
2007
2006
2005
2004
2003
2000
1999
1993

Публикации о Соловках

Подборка ссылок

Анзерские зарисовки

Дмитрий Торубаров


Мы идем вглубь острова, к Троицкому скиту. Под ногами песчаная, словно специально кем-то насыпанная дорожка, с рыжеватым кантом от опавших сосновых иголок. На память приходят слова моего товарища об Анзере: “Как только я там очутился, я понял - это рай”.

Мы все дальше и дальше уходим внутрь острова, сосны и березы начинают раскручиваться, распрямляя свои, изогнутые холодными ветрами, ревматические тела, постепенно превращаясь в невысокие стройные деревья.

У одних сосен кроны - точно взрыв: до определенного момента ровный ствол без единого сучка, а потом ба-бах точно праздничный салют, и ствол разлетается на сотни суков, сучков, веточек и иголочек. У других ствол начинает медленно раздваиваться или расстраиваться, сучья растут такие же прямые и ровные, как ствол, нехотя разлучаясь, отдаляясь друг от друга, и все равно не находя в себе сил разойтись далеко.

Мы идем и идем, и все вокруг меняется. И уже попадаются деревья, заросшие лишайником, грубым и жестким, словно шкура зубра. Сотни деревьев-зубров обступают нас со всех сторон, словно любопытное стадо.

А мы все идем и идем, а лес вокруг все изменяется и изменяется.

Троицкая губа

Желая получше рассмотреть холмики пескожила, я вошел в воду по щиколотку и присел на корточки. И вдруг из-под лежащего на дне камушка что-то выскользнуло и спряталось у подошвы сапога. Я зачерпнул существо в горсть и поднес к глазам. В моих ладонях плавала малюсенькая, двухсантиметровая камбала. Она была абсолютно прозрачна, и внутри отчетливо просматривались серебристые органы. Этакий недавно позавтракавший человек-невидимка.

Потом мы шли по Белому морю, а у нас из-под ног выпархивали камбалы.

То, как она плывет, похоже на полет бабочки. Камбала скользит над грунтом, и ее плавники трепещут точь-в-точь как крылья.

Сорвавшись с места, она принимались носиться точно шутиха, оставляя за собой дымный след из поднятого со дна песка. Через несколько мгновений участок в 1 кубический метр совершенно скрывался за дымовой завесой. Тогда камбала делала последний бросок в её центр и исчезала.

Маленькие вулканчики на затопляемых камнях. Планета маленького принца.

Таинственные рога

Я шел по песчаной полоске, освобожденной от моря отливом на несколько часов. Слева круто вверх уходил берег, справа медленно отступало море. Я прыгал по камням и смотрел под ноги, отыскивая взглядом медуз, плавящихся на солнце. Поэтому не сразу заметил оленей, даже не оленей - рога, неспешно уходивших от меня по той же кромочке суши. Огромные и ветвистые, словно сливовое дерево, они, слегка покачиваясь, плыли над литоралью. Как только берег выположился, рога ушли от моря наверх. Я продолжал идти по прибрежной полосе, а слева берег поднимался все также круто, но уже метра на полтора. Случайно глянув в сторону, я снова заметил пару настороженных рогов. Чутко подрагивая, они следили за моими действиями, и решив, что я им все-таки опасен, скачками устремились к деревьям и скрылись. Я решил выследить эту пару свободно кочующих рогов и углубился в лес, желая обойти их стороной. Но напрасно я пытался отыскать их, они явно лучше ориентировались среди кустов. Я снова вышел на берег моря. Когда я оглянулся, рога висели в двадцати метрах от меня и приблизительно в полутора от земли, презрительно покачиваясь из стороны в сторону. Снизу к ним были приращены голова, шея, ноги и туловище шоколадного цвета, но все это так хорошо сливалось с окружающим миром, что я не сразу обратил на них внимание. Теперь, хорошенько разглядев всего зверя целиком, я тоже мог бы воскликнуть: “Так вот вы какие, северные олени!”

Мыс Колгуев

Тюлени выползали на камни и располагались на них с вальяжностью, восточного владыки на перине. Они возлежали на боку, маленькие ручки-ласты были благодушно сложены на животике. Весь вид - довольство собой и жизнью.

Для того, чтобы развернуться головой в другую сторону, они проделывали поистине акробатические упражнения. Не переворачиваясь на живот, тюлень поднимал задние ласты и голову насколько возможно, а затем резко опускал их вниз так, что середина его плотного тела на мгновение отрывалась от камня и поворачивалась в нужном направлении. Причем центр его тела не сдвигался ни на сантиметр, так что тюлень вращался вокруг невидимой оси, как огромная стрелка компаса.

Соловецкие зарисовки

Сад богов

Печак, кто не ходил к тебе по светлым дорожкам, в одиночестве, кто хотя бы не пытался отбросить все мысли, освободить голову для восприятия, тот не уловил чудное очарование дороги к тебе. Кажется, что все вокруг кем-то создано, каким то большим мастером, безумно любящим свое дело, и поэтому все расположено на своих местах, и желтеющая ветка сосны, и мохнатые валуны и даже засохшие стволы деревьев. По сторонам тропинки расстелены моховые ковры с причудливым узором, включающим в себя и ели, и сосны, и камни. Может быть, ощущение сделанности возникает из-за того, что нет буйства трав, у подножья деревьев все чисто, аккуратно, может быть. Но к чему эти рациональные рассуждения, убивающие красоту момента. Кругом царит тишина: ни пения птиц, ни дуновения ветерка. Божественная, глушащая тишина, как в один из первых дней сотворения мира, когда не было еще ни птиц, ни зверей - ничего, кроме этого сада и его создателя.

Печак - Березовая тоня

Лисий город в песчаных дюнах. Валуны, старающиеся укутаться в моховые одеяла. Елки, причудливо сросшиеся в средневековые замки. Елки с запущенными в мох ветвями. Напоминающие ракеты перед стартом. А весь лес - космодром. Сиреневые вересковые болота с разгуливающими по ним чайками.

Озеро Красное

На берегу озера Красного мы увидели муравейник. Нет, муравейник - слишком мелкое слово для описания этого сооружения. Когда произносят “муравейник”, представляется что-то маленькое, ну максимум на уровне бедра. Это же была муравьиная гора, нет, не гора. Это исполинское сооружение напоминало мамонтенка. Рыжего и патлатого. Забредшего в Соловецкие леса в поисках мамы и задремавшего на озерном берегу.

Мох был пышным, мягким и бархатистым. И на этой изумрудной подушечке росли разноцветные сыроежки, каждая в своем гнездышке. Точно лесной ювелир разложил перед нами свои драгоценные камни. И какой волшебный ассортимент, самые невероятные цвета и невообразимые оттенки были здесь: от розового до бордового, от желтого до лимонного, от серовато-зеленого до сиреневого, и даже чисто зеленый и синий.



о символике флага...